Конечно, главным вопросом рынка топливных добавок остается участь ММА. Как уже отмечалось, он не допущен к применению в бензинах 5-го класса, значит, с 2016 года его использование должно быть прекращено (если, конечно, ввод К5 не будет отложен). Но стоит ли отказываться от данной ВОД?

   Как подчеркивает В.Капустин, даже если переработка продолжит свое активное развитие, мы еще не скоро получим в достаточных количествах такие высокооктановые компоненты, как риформат, изомеризат или бензин каталитического крекинга. Поэтому спрос на ВОД в обозримой перспективе будет сохраняться.

   Между тем, список запрещенных веществ, способных повысить октановое число, продолжает расширяться. В частности, уже давно введен запрет на применение этанола, поскольку власти опасаются его перетекания из сферы нефтепереработки на черный рынок алкоголя. А чтобы подстраховаться, технологические ограничения были дополнены экономическим барьером — на этанол был веден акциз.

   Та же участь постигла и метанол — он запрещен к использованию при производстве бензина, хотя во многих странах мира его употребляют в качестве высокооктановой добавки.

   И вот теперь настала очередь N-метиланилина. Причем, как отмечали участники конференции, если ряд ранее введенных запретов на высокооктановые компоненты, например на свинец и ароматику, имел под собой четкое технологическое обоснование (их вред для окружающей среды и организма человека не повергается сомнению), то вот барьеры для этанола, метанола и ММА носят скорее конъюнктурный характер.

   Решения об их запрете принимались чиновниками кулуарно, а не на основе широкого экспертного обсуждения. Тезис об особой опасности ММА был выдвинут еще до того, как были проведены комплексные испытания данной ВОД в составе бензинов уровня К5. Впоследствии они были осуществлены, и их результаты продемонстрировали, что ММА абсолютно безвреден. Но пропагандистская кампания против данной добавки после этого лишь усилилась…

   За решениями чиновников стоят скорее лоббистские игры, чем забота о здоровье граждан и защите природы. Как шутили участники дискуссии, следующим в «расстрельном списке», видимо, стоял ТАМЭ. И тогда на отечественном рынке ВОД остался бы один монополист — МТБЭ. Но приобретение «Роснефтью» мощностей по выпуску ТАМЭ смешало все карты — с госкомпанией чиновникам уже не справиться…

   Чем чревато такое махание шашкой? Как отмечает заведующий отделом ВНИИ НП Вячеслав Емельянов, мы в очередной раз наступаем на одни и те же грабли. В свое время, когда были запрещены производство и реализация неэтилированных бензинов, в стране были остановлены все предприятия по выпуску тетраэтилсвинца. И в результате мы столкнулись с проблемами при производстве авиабензина для военных нужд. А зарубежные компании этот продукт России не продают, потому что он двойного назначения. Поэтому прежде чем вводить любой, даже самый очевидный, запрет, надо сто раз подумать.

   А в случае с ММА надо подумать и тысячу раз. Ведь в отличие от этанола и метанола, здесь речь идет не просто о закрытии одного из возможных путей повышения октанового числа, а о ликвидации уже действующих предприятий, на которых работают тысячи человек. Особенно нелепо это смотрится на фоне кампании по импортозамещению, главная цель которой — увеличение производства отечественной продукции. Запрет на производимый в России ММА неизбежно приведет к импорту зарубежных добавок, причем более низкокачественных.

   Да и отечественные предприятия, ранее выпускавшие ММА, скорее всего, будут цепляться за жизнь и попытаются освоить выпуск других видов присадок. В частности, некоторые из них начали проявлять интерес к давно устаревшим и выведенным из эксплуатации еще десятки лет назад технологиям изготовления добавок на основе ксилидина. Появляются также планы по производству толуидина, который раза в три-четыре дороже, чем ММА, а по эффективности уступает ему на 20–25%. То есть получается, что мы меняем собственную качественную и дешевую продукцию на импортную, до- потопную и дорогую. Зачем?

 

ВАЛЕРИЙ АНДРИАНОВ

«Нефтегазовая Вертикаль»